" /> " />

"Мемориал" – о строителях канала имени Москвы


Автор: Вера Васильева

Источник

15.09.2017

Международное историко-просветительское, правозащитное и благотворительное общество "Мемориал" в год 80-летия Большого террора, проводит приуроченные к этому печальному юбилею мероприятия.

7 сентября 2017 года в рамках проекта "Топография террора" прошла экскурсия на канале Москва – Волга. Маршрут начинался от Северного речного вокзала, проходил через Хлебниковский район до конца Клязьминского водохранилища и обратно. Это один из 14-ти районов, на которые канал был разделен при строительстве. Он насчитывает 20 километров из 128-ми, составляющих длину всего русла.

Команда исследователей "Мемориала" задалась целью заполнить одно из "белых пятен" истории и рассказать о Дмитровском исправительно-трудовом лагере НКВД, развернутом в Москве и ближайшем Подмосковье для сооружения советского "индустриального чуда" 1930-х, которому в этом году исполняется 80 лет.

Как рассказал архитектор Борис Кондаков, к 1930 году, с точки зрения водоснабжения, хозяйство Москвы было в очень тяжелом состоянии. Тогда в архитектурной прессе писали, что путем обводнения Москва должна сначала догнать европейские столицы (в то время подобное сравнение еще было допустимо), а потом преобразиться в город совершенно нового типа.

В начале 1930-х годов река Москва начала пересыхать, пояснил исследователь "Мемориала" Дмитрий Котилевич. Для растущей советской столицы, для новых заводов и населения воды не хватало катастрофически.

16 июня 1931 года Пленум ЦК ВКПБ принял решение о строительстве канала, соединяющего Волгу с рекой Москвой. Был выбран вариант с вхождением русла в город Дмитров, хотя он не являлся самым экономичным и технически простым. Выполнение проекта было поручено Москаналстрою, ведомству при Народном комиссариате водного транспорта.

Канал Москва – Волга должен был стать жестом технического превосходства, технического роста и индустриализации советского государства.

Фоторепортаж Веры Васильевой, HRO.org

Не нашли желающих и привлекли заключенных

Дмитрий Котилевич:

– Строительство канала было поручено Накромводу СССР. Однако ведомство не справлялось со своей задачей. В течение года – с 1931-го по начало 1932 года – успели только подготовить площадки для подсобных сооружений. Так получилось в том числе потому, что не было желающих идти на работу по строительству канала. Ведь большинство работ были земляными, они представляли собой тяжелый физический труд.

В начале 1932 года было принято решение передать строительство ОГПУ. В мае 1932 года его возглавил Лазарь Коган, на тот момент – руководитель ГУЛАГа. Лазарь Коган был назначен на эту должность с учетом его опыта по строительству Беломорско-Балтийского канала силами заключенных.

Строительство канала Москва – Волга можно рассматривать как третий этап большого эксперимента по использованию принудительного труда в Советском Союзе. Первый этап – это Соловецкий лагерь и другие небольшие лагеря, в том числе в Москве, второй этап – Беломорско-Балтийский канал.

Лазарь Коган был большим специалистом по организации принудительного труда. Беломорско-Балтийский канал был признан "ударным проектом", потому что ББК был завершен всего в два года. ("Без туфты и аммонала не построили б канала...")

Очень многие лагерные администраторы и заключенные ББК в начале 1932 года были переброшены на строительство канала Москва – Волга.

Штаб строительства из Москвы переехал в Дмитров, в Борисоглебский монастырь. Это один из примеров того, как ОГПУ действовало в случаях, если ему что-то мешает. Несмотря на огромное количество инструкций, ограничивающих власть политического управления при строительстве канала, его сотрудники использовали силовые методы.

При переезде в Борисоглебский монастырь возникла проблема в связи с тем, что в нем находился краеведческий музей. Директор музея Соловьев не захотел отдавать свое помещение. За него также поступилось Министерство просвещения. Но это не помогло. Примерно через полмесяца против Соловьева и его сотрудников было сфабриковано уголовное дело. Он был осужден по 58-й статье и отправлен в лагеря. Руководство Дмитровского исправительно-трудового лагеря (ИТЛ) въехало в помещения монастыря.

Довольно быстро Дмитровский ИТЛ стал одним из крупнейших за всю историю ГУЛАГа. Первые данные по численности заключенных на строительстве канала у "Мемориала" имеются на февраль 1933 года. Это "всего" 10 тысяч человек. К пику строительства, 1935 году, численность заключенных на строительстве поднимается почти до 200 тысяч человек.

Заключенные не содержались в одном месте. Лагерные пункты были разбросаны вдоль всего канала почти на 130 километров, в том числе в южной части Москвы. Один из крупнейших лагерных пунктов – Химкинский – находился возле железнодорожной станции "Химки". Также часть лагерных пунктов располагалась возле Северного речного вокзала – заключенные занимались строительством здания вокзала. Он был создан в необыкновенно сжатые сроки – 1936-37 годы.

Помимо строительства канала, Дмитровский ИТЛ обслуживал сооружение всех сопутствующих гидротехнических сооружений – шлюзов, плотин, мостов, различных подсобных предприятий.

Большинство из 22 тысяч жертв погибли в Глубокой выемке

Борис Кондаков:

– Во время строительства Химкинского моста произошло несколько аварий, обусловленных тем, что на работах были заняты заключенные, не имевшие должной квалификации. Была нарушена гидроизоляция, и несколько раз происходили оползни.

Вскоре после моста располагаются так называемые строительные ворота, которые знаменуют собой вход в Глубокую выемку. Они стоят в начале и в конце участков, где есть высокий берег. На дне канала на этом месте лежат особые конструкции – так называемые фермы Томаса. В случае аварии специальной цепью совершается поворот, фермы поднимаются и полностью перегораживают русло канала. Оно осушается насосами, и в этом месте могут производиться технические работы по ликвидации аварии.

Дмитрий Котилевич:

– Хлебниковский район, несмотря на то, что по своей длине он составляет только шестую часть всего канала, из 14 районов он является самым продолжительным. Архитектурно он довольно беден. Основная проблема, из-за которой тут нельзя ничего было построить, – это Глубокая выемка.

Глубокая выемка – это участок длиной шесть километров, на котором местность уходила в холм. Таким образом, для прорытия канала одной глубины требовалось извлечь гораздо больше земли, чем в других участках трассы. Здесь глубина достигала 22 метров. Происходило огромное количество оползней, здесь были грунтовые воды, которые не позволяли нормально копать. Объект был под пристальным вниманием высшего партийного руководства. Глубокая выемка была тогда ключевым объектом канала. Здесь, предположительно, погибло наибольшее число заключенных – под обвалами, заносами, и так далее.

Екатерина Мельникова, сотрудник "Мемориала":

– Наши исследования посвящены не только историческим фактам. "Мемориал" – это возвращение имен. Это про личную историю каждого, чтобы ни одно имя по возможности не было забыто, чтобы каждый, кто погиб в ГУЛАГе, был нами упомянут. Сейчас мы объявляем минуту молчания в память о погибших на строительстве канала, а затем опустим в воду цветы.

Техники на канале не хватало постоянно

Дмитрий Котилевич:

– Больше половины земляных работ было выполнено вручную, с помощью простейших инструментов – лопаты, тачки, и тому подобное. Однако строительство довольно активно пропагандировалось в прессе в качестве "нового технического чуда" Советского Союза, которое было возведено впервые силами советского государства без использования иностранной техники и иностранных инженеров.

Новая советская техника – это объекты гидросооружений. Насосы, с помощью которых волжская вода в начале канала перекачивается в русло, так как самотеком она не идет. С помощью шлюзов она поднимается примерно до середины канала, а оттуда уже идет самотеком, в том числе по Хлебниковскому району.

В первые два года на строительстве почти не было техники, потому что в начале 1930-х годов у Советского Союза практически не было заводов, способных производить современные экскаваторы. Были старые, еще дореволюционные экскаваторы, произведенные по иностранных чертежам или купленные за границей, которые все свозились на строительство канала.

В 1932 году специально для канала Москва – Волга под руководством НКВД Ковровский вагоностроительный завод выпустил экскаваторы "Ковровец". Фактически это паровой железнодорожный вагон с ковшом – очень неудобное, примитивное устройство, для которого нужно проводить рельсы. Эта машина очень медленная и неповоротливая.

Вскоре началось производство первых гусеничных тракторов "ППГ". Однако так как "ППГ" были произведены в рекордно короткие сроки под руководством НКВД, в их конструкции было огромное количество недостатков, которые очень сильно аукнулись строителям канала и экономическому отделу ОГПУ.

Техники на канале не хватало постоянно. Несмотря на то, что к 1935-36 году экскаваторный парк уже насчитывал примерно до 140 машин, они постоянно ломались, простаивали. 20 процентов из них были заняты на копании непосредственно русла канала. Кроме того, экскаваторные работы оказались очень дорогими.

Всё это мотивировало руководство лагеря больше использовать ручной труд заключенных.

При управлении лагеря был образован так называемый "отдел изобретательства", в который заключенные должны были подавать свои проекты различных устройств, чтобы облегчить работу. Это были примитивные устройства, с помощью которых можно было поднимать землю снизу наверх и в дальнейшим вывозить. Всего около 10 процентов земли было вынуто с помощью этих простых приспособлений.

Канал испытывал огромное количество кадровых проблем. Советскому Союзу и ОГПУ в частности не хватало квалифицированных специалистов любого профиля – от медиков до инженеров. На строительстве были организованы многочисленные курсы младших технических специалистов, и к 1935 году Дмитровский лагерь отчитался о 21 тысяче подготовленных специалистов. Естественно, это были заключенные, которые обучались непосредственно во время работы.

Кадровые проблемы дополнялись проблемами обеспечения заключенных продуктами и поддержания их, так сказать, в рабочем состоянии. Высокая смертность заключенных была недопустима, потому что на подготовку необходимых кадров среднего технического уровня требовалось время, а это был самый дефицитный ресурс.

Смертность в Дмитровском ИТЛ, по доступным нам сейчас данным, составила 22 тысячи человек за пять лет строительства. Управляющие лагерем старались как-то решать проблемы заключенных, и к концу и даже к середине строительства смертность заметно снизилась. В 1933 году она составила примерно 16 процентов населения лагеря. В 1934 году – это уже 4,5 процента. К 1937 году смертность снижается до одного процента и ниже. Это связано с улучшением системы снабжения заключенных.

В 1934 году старая система стимулирования труда заключенных (работа за еду), впервые примененная на Соловецких островах, обновляется. Даже базовый паек увеличивается, вся система снабжения пересматривается. Вместо поощрения заключенных пищей им стали выдавать деньги. По всем пунктам строительства была развернута ларьковая сеть, где заключенные могли купить еду, базовые промышленные товары, одежду. Это явно помогло строительству, так как с этого момента начался рост производительности труда.

По итогам строительства канала НКВД отчитался об увеличении стоимости канала более чем в два раза. Идея ГУЛАГа в том, что заключенные должны отрабатывать свое содержание. В этом плане такие проекты, как Беломорско-Балтийский канал и канал Москва – Волга, в итоге оказались довольно сомнительными с точки зрения своей экономической эффективности.

Кроме того, изначально канал планировалось возвести всего лишь за два года – с 1932-го по 1934-й. Однако строительство продолжалось пять лет и четыре месяца, вплоть до 1938 года, когда лагерь был закрыт.

Тюремная география

Евгений Натаров, историк "Мемориала":

– К открытию канала в 1937 году не все его объекты были достроены, поэтому часть сооружений продолжали строить заключенные. Для организации работ было сформировано два строительно-лагерных объединения – это Химкинский исправительно-трудовой лагерь (Химлаг) и ИТЛ и строительство юго-восточной гавани. Основным местом строительства был Южный порт.

На выходе из Карамышевского спрямления находится место заключения, которое остается таковым до сих пор. Сейчас оно называется СИЗО-3, а в литературу и историю вошло как Краснопресненская пересыльная тюрьма.

В официальной истории этого места заключения написано, что тюрьма была создана для строительства канала. Это, на первый взгляд, странное сообщение, потому что данное место заключения было построено после открытия канала. Тем не менее оно правдиво.

Еще одно воспоминание об этой тюрьме, связанное со строительством канала, содержится у Варлама Шаламова в романе "Вишера".

Сведения об этом месте заключения можно найти в воспоминаниях уже 1920 годов. Так, Федор Елисеев в "Одиссее по красной России" рассказывает, что один из этапов его одиссеи проходил через один из московских товарных вокзалов, на который он в колонне заключенных шел из центра города мимо ресторана "Прага".

В этом направлении находятся два вокзала: Брестский (ныне Белорусский) и Киевский. Елисеев не знал Москвы, но очевидно, что ни один из этих вокзалов не мог выглядеть как товарный. Товарным вокзалом в этом направлении была как раз станция "Пресня" окружной дороги. Это крупнейшая узловая станция кольца Московской железной дороги.

В документах Дмитлага было найдено упоминание Краснопресненского эвакуационного пункта. Скорее всего, Краснопресненским эвакуационным пунктом и была Пресненская тюрьма, которая до 1946 года называлась Пересыльно-питательным пунктом. В справке было написано, что она передана в 1938 году Управлению исправительно-трудовых лагерей Московской области.

В документах, которые обнаружил Дмитрий Котилевич, зафиксировано, что Краснопресненский эвакуационный пункт передан в 1938 году Управлению ИТЛ Московской области. Таким образом ясно, что Краснопресненский эвакуационный пункт – это нынешнее СИЗО-3.

Пик истории данного места заключения – 1946 год. В этом году здесь содержались Александр Солженицын, Николай Краснов – сын известного белого генерала.

Станция Бескудниково – крупнейшее место в истории канала, потому что там находилась база снабжения Дмитлага. Она упоминается в нескольких дмитлаговских приказах. Затем она становится базой снабжения Управления лагерей Московской области. До сих пор часть этой территории занята милицейскими складами.

На части этой базы в 1942 году был создан завод НКВД, для его строительства был организован лагерь. В конце 1940 годов администрация этого лагеря была занята уже в Долгопрудном, в поселке Лихачёво. Заключенных каждый день возили на грузовиках из Бескудниково на станцию "Долгопрудный".

Открытие канала на фоне новых арестов

Дмитрий Котилевич:

– 15 июля 1937 года произошло официальное открытие канала. По этому поводу вдоль всего русла должны были пройти четыре специально построенных теплохода: "Иосиф Сталин", "Михаил Калинин", "Климент Ворошилов" и "Вячеслав Молотов". Свое движение они начали 22 апреля от Северного речного вокзала.

Параллельно происходили аресты руководства Дмитровского ИТЛ.

Дмитровский ИТЛ был в большой степени наполнен заключенными и сотрудниками, ранее занятыми на строительстве Беломорско-Балтийского канала. В частности, в сентябре сюда 1933 года сюда на должность начальника лагеря был переведен Семен Фирин.

Борис Кондаков:

– Главным архитектором канала с 1935 года был Иосиф Фридлянд. Он был женат на сестре чекиста Генриха Ягоды. До этого назначения не имел ни одной хоть сколько-нибудь значимой постройки в своем "портфолио". Фактически он не являлся самостоятельной фигурой, а был проводником идей самого Ягоды.

В основной своей массе архитекторами канала было поколение 30-летних. Фридлянд позвал своих бывших однокурсников по МВТУ – Мовчана, Пастернака, Савицкого. Особняком стоял архитектор Алексей Рухлядев, автор Речного вокзала в Химках. К моменту назначения на должность ему было 52 года.

Главная мастерская по строительству канала находилась в Москве, но была еще вторая мастерская в Дмитрове, они делали сопутствующие проекты. Как раз эти архитекторы пострадали в 1937 году по делу Ягоды. После того, как он был арестован, пошла цепочка, за Ягодой последовал Фридлянд и его отдел, и они погибли.

Дмитрий Котилевич:

– Были арестованы Семен Фирин, начальник третьего отдела лагеря, которое выполняло функции ОГПУ внутри лагеря, Пузицкий, Фридлянд. Начальник строительства Лазарь Коган был мягко смещен и направлен на должность заместителя народного комиссара лесной промышленности СССР, но в 1938 году он также был арестован и расстрелян.

Многие из них были культурной элитой

– Вместе с руководством лагеря аресты начались среди заключенных, работавших в культурно-воспитательном отделе и занимавшихся пропагандой строительства и ударного труда на трассе.

200 человек по делу Фирина было расстреляно, либо арестовано и отправлено в лагеря. Многие из них были культурной элитой, которую Семен Фирин собирал практически по всему ГУЛАГу. Его планерки, по воспоминаниям современников, напоминали старые, дореволюционные культурные клубы.

Сам Семен Фирин был довольно интересным человеком. До того, как его направили руководить лагерем на Беломорско-Балтийском канале, а затем в Дмитровский лагерь, он служил в советской разведке. Успел поработать в Париже, в Берлине, в Польше, в Болгарии, предположительно, в Турции. Но в конце 1920-х годов зарубежная подпольная агентурная сеть, которой он руководил, была раскрыта, и ему пришлось вернуться в Советский Союз.

Фирин получил положительные рекомендации от руководства разведки Рабоче-Крестьянской Красной Армии, однако его арестовали 28 апреля 1938 года вместе с его коллегами. Ему предъявили обвинение в "преднамеренном сотрудничестве с иностранными спецслужбами". Кроме того, основным пунктом обвинения была "подготовка государственного переворота во время празднования открытия канала".

Предположительно, канал во время праздника должно было посетить высшее партийное руководство. По версии следствия, Фирин планировал при помощи армии заключенных захватить партийную верхушку и пойти на Кремль.

В 1938 году на Третьем Московском процессе показания Фирина по этому обвинению были присоединены к обвинению Генриха Ягоды.

Среди представителей интеллигенции, которую расстреляли на канале, были художники, писатели, журналисты. В их числе – художник Константин Соболевский.

Соболевский был заключенным в лагере. Его осудили в 1933 году по 58-й статье на три года работ. Он освободился условно-досрочно в 1936-м, но, получив в лагере специальность, остался работать на строительстве вольнонаемным, как делали многие. Он был также арестован и расстрелян в 1937 году параллельно с обвиняемыми по делу Фирина.

Художник Василий Ёлкин после трехлетнего срока заключения тоже остался вольнонаемным Дмитлага. Он был сотрудником культурно-воспитательного отдела, но сокращение спасло его от повторного ареста и расстрела.

После арестов и окончания открытия канала 1-2 мая 1937 года из лагеря начали довольно быстро вывозить заключенных. В начале 1938 года Дмитриевский ИТЛ был преобразован в Химлаг. В нем остались в основном Химкинский район и строительство юго-восточной гавани. Заключенные занимались дооблицовкой канала и достраиванием Сталинской водопроводной станции.

Канал Москва – Волга, по замыслу советского руководства должен был стать мощной транспортной артерией, а Северный речной вокзал – "портом пяти морей". В этом проекте человеческая жизнь была лишь расходным материалом для воплощения амбициозных идей советских партийных вождей.

Сейчас по каналу ходят только пассажирские теплоходы, а баржи перевозят в основном грузы местного значения.

Канал не оформлен как объект культурного наследия. При этом государство всё меньше занимается сохранением памяти о строителях канала – жертвах ГУЛАГа, перекладывая это на некоммерческие организации, отдельных представителей церкви и частных энтузиастов.

* * *

Следующие две экскурсии "Строители канала имени Москвы: забытая история Дмитровского лагеря" состоятся в 13 и 20 сентября 2017 года. Записаться на них можно на сайте Международного общества "Мемориал".

Поделиться:

Также рекомендуем прочитать:
| А.Л.Ж.И.Р. Лагерь для жен «изменников родины»
| ЕСПЧ коммуницировал дело о реабилитации нацизма. Правительство РФ должно объяснить наказание слесаря за репост об исторических фактах
| В поселке Рябинино открылась музейная экспозиция «Надо снова научиться жить…»
| «Из русской свиньи я превратилась в немецкую подстилку». Угнанные в Германию советские люди выжили, чтобы попасть в ад на родине
| Специальный доклад «О роли муниципальных музеев в реализации концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий»
| Правильный миф: почему невозможно написать учебник истории, в котором будет «вся правда»
| Памятник жертвам политических прецессий*
| «Мы все были врагами народа»
| Вестник «Мемориала». Октябрь 2017
| Гражданская память. Впервые День памяти жертв политических репрессий пройдёт в Перми в расширенном варианте

blog comments powered by Disqus